Обратная сторона красоты

Императрица Елизавета Петровна была так красива в юности и так любила, чтобы ей восхищались, что никак не могла смириться с потерей молодости. Новые морщины вызывали у нее ужас, после пятидесяти лет Елизавета впала в настоящую депрессию и даже, пожалуй, панику из-за надвигающейся старости.

Французский дипломат Жан Луи Фавье отмечает: «Кроме истерических припадков, симптомов потери крови, совершающейся у нея постепенно, и другой местной болезни, императрица Елисавета в течение всей настоящей зимы страдала еще от раны на ноге, но ни за что не хотела ни лечиться, ни следовать какому бы то ни было режиму. Она ни с кем не желает советоваться, кроме одного лекаря по имени Фуасавье, но он не иное что как цирюльник и ниже всякой посредственности.

В этом состоянии она еще сохраняет страсть к нарядам и с каждым днем становится в отношении их все требовательнее и прихотливее. Нередко, потратив много времени на туалет, она начинает сердиться на зеркало, приказывает снова снять с себя головной и другие уборы, отменяет предстоявшее театральное зрелище или ужин, и запирается у себя, где отказывается кого бы то ни было видеть.

В общество она является не иначе как в придворном костюме из редкой и дорогой ткани самаго нежнаго цвета, иногда белой с серебром. Голова ея веегда обременена бриллиантами, а волосы обыкновенно зачесаны назад и собраны на верху, где связаны розовой лентой с длинными, развевающимися концами. Она, вероятно, придает этому головному убору значение диадемы, потому что присваивает себе исключительное право его носить. Ни одна другая женщина в империи не смеет причесываться так, как она».

В результате пострадали, конечно, государственные дела.

«Любовь к удовольствиям и шумным празднествам, – пишет Фавье, – уступила в ней место расположению к тишине и даже к уединению, но не к труду. К этому последнему императрица Елизавета Петровна чувствует большее, нежели когда-либо, отвращение. Для нее ненавистно всякое напоминание о делах, и приближенным нередко случается выжидать по полугоду удобной минуты, чтобы склонить ее подписать указ или письмо».