Мистика или закономерность? Проследуем за императором, наблюдая, как с каждым его шагом рушится империя.

Рождение цесаревича Алексея

Первый «черный август» начинается самым счастливым событием в жизни нашего героя. Рождение долгожданного наследника — после четырех дочерей. 12 августа по новому стилю, или 30 июля по старому, на свет появляется маленький Алексей.

И здесь сразу — первое тревожное совпадение. Имя Алексей в семье Романовых имело трагическую окраску. У царя Алексея Михайловича Тишайшего был старший сын, наследник Алексей, замечательный и умный мальчик, который неожиданно скончался в подростковом возрасте, и это в конечном итоге привело к династическому кризису. У Петра Первого был старший сын Алексей — и мы помним, что этот наследник также погиб в молодом возрасте при очень тяжелых обстоятельствах. И вот Николай II называет своего наследника Алексеем — как он сам говорил, чтобы «нарушить линию Александров и Николаев» и «желая лишь одного — чтобы его сын стал для России вторым Петром Великим». К сожалению, получилось, что мальчик унаследовал судьбу не Петра Великого, а его несчастного сына.

Уже через несколько недель после рождения Алексея обнаружилось, что цесаревич неизлечимо болен гемофилией. В то время это был приговор.

Страшно представить всю глубину отчаяния родителей Алексея. Отныне Николай живет в постоянном страхе за жизнь своего ребенка — при этом он вынужден скрывать свои чувства от окружающих, никто не должен знать, что наследник страдает таким заболеванием.

Александра Федоровна ищет помощи, хватается за любую соломинку. Так в окружении Николая появляется Распутин, темная фигура, которая серьезно влияет на отношение общества к царской семье и немало способствует крушению трона.

Поражение в Русско-японской войне

В 1905 году Россия потерпела поражение в Русско-японской войне. Мы не будем сейчас углубляться в политику и обсуждать причины и ход конфликта. Обсудим только личное отношение Николая к этой ситуации.

Эта война во многом началась из-за застарелой обиды царя — он так и не простил японцам инцидент в Оцу, когда во время Восточного путешествия Николай получил удар по голове саблей от японского полицейского, признанного впоследствии невменяемым. Из-за этой травмы Николай на всю жизнь возненавидел японцев, относился к ним с пренебрежением и был уверен, что эта нация слишком слаба, чтобы напасть на такую могучую державу, как Российская империя.

Царь до последнего противился миру. Даже после падения Порт-Артура и разгрома флота при Цусиме он считал, что на суше русская армия только набирает мощь, а ресурсы Японии истощены. Он соглашался на переговоры неохотно, требуя, «чтобы не создалось представления, будто Россия просит мира».

Известие о подписании Портсмутского мира вызвало у Николая смешанные чувства. 17 августа 1905 года он записал в дневнике: «Весь день ходил как в дурмане… Сегодня только начал осваиваться с мыслью, что мир будет заключен, и что это, вероятно, хорошо, потому что должно быть так». Фатализм появляется в его записях.

Вступление в Первую мировую войну

Спустя девять лет в жизнь Николая II вновь врывается война. Теперь эта тема звучит крещендо! Первая мировая изменит всё.

1 августа 1914 года (или 19 июля по старому стилю) Германия объявляет войну России. 2 августа Николай приезжает в Зимний дворец, подписывает манифест; его торжественно читают в Николаевском зале, служат молебен. Затем император с императрицей выходят на балкон Зимнего к огромной толпе на Дворцовой площади.

Сам Николай записывает в дневнике: «Хороший день, в особенности в смысле подъема духа».

Царь еще не подозревает, что этот день станет началом конца Российской империи. Николай видит единение общества перед лицом опасности, он читает газеты, полные патриотических призывов, и верит в победу.

Смена Главнокомандующего

Последующие двенадцать месяцев разбили оптимизм Николая на мелкие осколки.

Начинается Великое отступление русской армии. Потеряны Галиция, Польша, Варшава, затем Ковно; огромные потери, нехватка винтовок и снарядов, массы беженцев уходят в глубь России. 27 августа 1915 года Николай пишет супруге о потоках беженцев и признается: «Страшно подумать, сколько непредвиденных страданий принесла с собой война». А описывая положение армии, сообщает: некоторые полки имеют меньше четверти штатного состава, пополнить их быстро невозможно, винтовок мало.

И именно в этот момент Николай совершает роковой шаг — сам становится Верховным главнокомандующим. Министры его отговаривают, но Александра Федоровна настаивает — император должен стоять во главе армии. Супруга пишет Николаю: «Ты — господин и повелитель России, ты самодержец, помни это».

Сам Николай после принятия командования признается Александре, что на нем теперь лежит «новая тяжелая ответственность», но он чувствует необыкновенное спокойствие — «да будет воля Божия». Снова фатализм.

Тема рока усиливается. Царь видит катастрофу — но вместо того, чтобы отстраниться от нее, связывает себя с ней лично. С этого момента каждое поражение армии народ воспринимает уже как поражение самого царя.

Одновременно постоянное пребывание царя в Ставке еще сильнее отдаляет его от происходящего в столице.

Но самое главное, Николай взял с собой в Ставку сына, и большую часть времени беспокоился о здоровье ребенка, вместо того, чтобы решать военные вопросы. Это абсолютно объяснимо и совершенно правильно с точки зрения родителя, но с точки зрения главнокомандующего — недопустимо. Результат закономерен — свержение слабого правителя с престола.

Последний август свободы

Теперь перенесемся в август 1917 года, последний август свободы. Николай уже не император. Страна уже идет по другому пути — без него. А где же сам Николай? Он в Царском Селе, ждет решения своей судьбы. Теперь уже не от высших сил, а от революционеров.

Перед нами тихая, но очень сильная драма: бывший император России пакует книги, пилит дрова и ждет, когда ему сообщат, куда его увезут.

Ранним утром 14 августа по новому стилю (и 1 августа по старому) семью сажают в два автомобиля. Их окружает кавалерийский конвой. Они едут к Александровской станции. В дневнике Николая мы не найдем бури эмоций, а только короткое: «Покинули Царское Село в 6.10 утра» и «Красив был восход солнца…» Снова фатализм.

В поезде их везут совершенно секретно, на станциях заставляют занавешивать окна шторами, чтобы никто не увидел венценосных пассажиров. Потом — пароход с символичным названием «Русь», они проплывают мимо села Покровского, где родился Распутин. Но Распутина уже нет на свете, а царская семья едет в последнюю ссылку.

Как и в трагедиях Шекспира, Николай не знает, что обратный отсчет уже пошел. Он все еще надеется на лучшее.

Но какое событие стало самым роковым?

На мой взгляд, первое свое неправильное решение Николай принял в 1894 году — и оно потянуло за собой все остальные его неправильные решения.

Цесаревич поддался влиянию старшей сестры Алисы Гессенской, великой княгини Елизаветы Федоровны, которая приложила все усилия, чтобы выдать Алису замуж за наследника русского престола, — и эта свадьба определила дальнейший путь Николая. Наш герой в силу своей молодости не придавал значения серьезности ситуации с геном гемофилии в гессенской семье. Понадеялся на лучшее, решил рискнуть. Если бы наш герой прислушался к родителям, которые призывали его жениться на другой принцессе, — то жизнь Николая сложилась бы совершенно по-другому. Не было бы постоянной тревоги в семье, не было бы Распутина. И судьба империи тоже была бы другой.

Но история не знает сослагательного наклонения. И теперь нам остается только наблюдать за развитием драматичных событий в жизни последнего царя, которые пришлись на последний месяц лета, и удивляться символизму этих событий.