Самый милый император

Александр I был очень закрытым человеком, который никогда никому не показывал своего истинного лица, но виртуозно менял маски, мгновенно очаровывая каждого собеседника. Прирожденный психолог, хамелеон! Придворные называли его «прельстителем» — шепотом, конечно.

Графиня София Шуазель-Гуфье вспоминала:

«Признаюсь, при первом взгляде, я не особенно была поражена красотой государя. Обаяние его заключалось главным образом в кротости выражения открытого, веселого лица. Должна также откровенно сознаться, что я не могла представить себе государя в сюртуке. Наконец, если мне позволят сказать правду, — я нашла, что он недостаточно величествен, слишком любезен, слишком заставляет забывать о его высоком положении. Я не могла привыкнуть к преувеличенным любезностям, выражениям уважения и почтения, с которыми он обращался к женщинам и которые в моем представлении превосходили все, что мы знаем об изысканной галантности Людовика XIV.

В его тоне и манерах проявлялось бесчисленное количество различных оттенков. Если он обращался к лицам высокого положения, тон его был полон достоинства и в то же время приветлив. К лицам своей свиты он обращался с почти фамильярной добротой; к пожилым дамам — с почтением; к молодым особам — с безграничной грацией, с тонким, чарующим взглядом, полным выражения. В ранней молодости государь, к сожалению, испортил себе слух от сильного выстрела артиллерийского снаряда; с тех пор он всегда плохо слышал левым ухом и, чтобы расслышать, наклонялся направо. Странно то, что чем более было шума вокруг, тем лучше император слышал. Ни один живописец не сумел, как следует, запечатлеть черты его лица и в особенности выражение его тонкой физиономии».

Эта удивительная, не свойственная правителям гибкость в общении объяснялась двумя причинами.

Отцом Александра был великий князь Павел Петрович — несчастный сын Екатерины II, презираемый собственной матерью и всеми вокруг. Как только Саша появился на свет, бабушка сразу забрала его к себе на воспитание. Мальчику не дозволялось испытывать симпатию или даже просто интерес к родному отцу. И юный Саша старательно подавлял в себе эти чувства, скрывал их даже от самого себя. Разве мог он вырасти искренним человеком в такой обстановке.

Но главной причиной скрытности, «неуловимости» Александра I стало преступление, изменившее его жизнь на «до» и «после». В ночь с 11 на 12 марта 1801 года Александр дал разрешение на свержение своего отца. Переворот закончился убийством Павла I.

Это событие не только привело Александра на трон, но и наложило тяжелый отпечаток на его характер. Император терзался чувством вины до последнего дня — но никому не мог в этом признаться.

Драматичная биография Александра I ждет вас в книге Анны Пейчевой «Несчастные Романовы: семейная история династии». Благодаря возможностям издательского сервиса Rideró, книга дополнена множеством красочных иллюстраций, редких картин и фотографий. Издание вошло в Список литературы Rideró, рекомендованный критиками к прочтению.