Легкомысленность веселой Лизетты вошла в легенды. Дочь Петра Великого славилась балами и маскарадами, а государственные дела были ей скучны. Императрица оттягивала их и откладывала, как только могла. Зато вопросы модных новинок решались незамедлительно, с привлечением всех административных ресурсов.
Оса на кончике пера
Стол императрицы был завален неподписанными документами. «Ответ на письмо короля Людовика XV, извещавшее о рождении у него сына, она собралась подписать ровно три года спустя после получения письма, — сообщает дореволюционный историк Михаил Богословский. — Нет ничего невероятного в рассказе маркиза Брейтеля, французского посла в Петербурге, о том, как императрица в 1746 г. подписывала трактат с Австрией. После того, как она написала первые три буквы своего имени, оса села на кончик пера. Елизавета отложила перо и только через шесть недель докончила подпись трактата, дописав остальные буквы».
Французский посланник д’Аллион жаловался, что, когда ему нужно было поговорить с Елизаветой Петровной о чем-либо серьезном, то приходилось ловить ее на балу; она любезно начинала выслушивать, но затем «не могла противиться скрипкам, звуки которых раздавались в соседней зале, тихонько начинала отступать к двери и уходила».
Сказка про Золушку
Но не спешите осуждать нашу героиню за ее тягу к красивой жизни. Непросто пришлось дочери Петра I, когда родителей не стало. Трон заняла ее кузина, Анна Иоанновна. Новоявленная императрица видела в Елизавете опасную соперницу, а потому отправила девушку с глаз долой — за сотню верст от Москвы, в Александровскую слободу.
Лизетте тогда исполнился 21 год. На протяжении десяти лет она вела самую простую жизнь и едва сводила концы с концами. В расцвете молодости и красоты — носила простенькие платья из белой тафты, подбитые дешевым черным гризетом. Самые бедные местные помещицы одевалась лучше, чем дочь великого императора!
В возрасте 32-х лет Елизавета решилась круто изменить свою жизнь — возглавила переворот. Ставки были очень высоки. Пан или пропал, корона или казнь! Все удалось. Вчерашняя бедная родственница получила целую империю. Наконец можно было перестать экономить!
Заветные чулки
Елизавета, настрадавшись в ссылке, дала себе зарок не надевать одно платье дважды. В ее сундуках хранилось не менее 19 тысяч платьев и неисчислимое количество туфель.
«Она поджидала прибытие французских кораблей в Санкт-Петербургский порт и приказывала немедленно покупать новинки, привозимые ими, прежде чем другие их увидели, — рассказывает историк Казимир Валишевский. — Бехтеев, посланный в 1760 г. в Париж для возобновления дипломатических сношений между обоими дворами, вместе с тем добросовестно тратил свое время на выбор шелковых чулок нового образца».
Что же это за чулки нового образца, за которыми охотилась императрица? Перед вами так называемые «clocked stockings». В данном случае «clock» означает «небольшой вышитый или тканый орнамент с каждой стороны или с внешней стороны чулка, простирающийся от лодыжки вверх». Проще говоря, «clocked stockings» – это чулки с клиновидными узорами, придающими женской ножке особое изящество.
«В 1670-х клиновидные вставки сделали небольшую революцию в плане удобства, посадки и стиля, — рассказывает художник по вышивке Екатерина Мороз. — Как правило, вставки делали ярких контрастных цветов. Сами чулки также зачастую были яркими. Своего зенита «clocked stockings» достигли к 1750-м годам: в это время клиновидные вставки часто заменяются вышивкой».
Императрицу можно понять. Где же еще искать такие прелестные вещицы, как не в Париже, столице моды! А сама Елизавета Петровна никак не могла поехать во Францию за покупками — не к лицу государыне бегать по магазинам.
Кстати, в 1760-м году, когда императрица озадачила посланника Бехтеева чулками, ей было уже за пятьдесят! До последнего вздоха Елизавета оставалась истинной Женщиной, полной жизни и любви.
