«И в томном услаждении на канапе повалился». Павел I и его первая любовь

Лучшим другом великого князя Павла Петровича был его добрый наставник Семен Андреевич Порошин – писатель и журналист с отличным чувством юмора. Порошин оставил замечательные мемуары о воспитании наследника престола, в которых будущий император Павел I предстает весьма обаятельным мальчишкой.

Рассказывает историк Геннадий Оболенский: «Они сразу же понравились друг другу — доброжелательный поручик привлекательной внешности и живой худенький мальчик с выразительным лицом и умными озорными глазами. Взаимная симпатия вскоре перешла в горячую дружбу и в сердечную привязанность. Порошин любил Павла. Он сумел соединить строгость педагога с какой-то материнской нежностью к своему возлюбленному питомцу. Его отеческая забота о ребенке, желание оградить его от дурных влияний и соблазнов, тревоги о его здоровье, беседы с ним — все говорит об этом. И чуткий, отзывчивый Павел платил учителю такой же любовью. Он ласкался к нему с такой доверчивостью, какой уже в детские годы не питал ко многим из окружающих. Провинившись, плакал и просил прощения, звал его «братцем», «голубчиком», «Сенюшкой».

«После стола очень весел был Его Высочество. Бегаючи по комнате, неоднократно на канапе вспрыгивать изволил и говорил: «Ох ты, мой Сенюшка! Как я тебя люблю!» В другой раз вздумалось Его Высочеству «уверение мне делать», сколько он меня изволит жаловать; что он видит, как много я его люблю, и что со своей стороны, конечно, любить меня не перестанет и все мне поверить в состоянии», — пишет Порошин в своих «Записках», которые он начал вести в тот день, когда Павлу исполнилось десять лет».

Один из самых трогательных и забавных эпизодов «Записок» Порошина – о первой любви великого князя. Павлу тогда исполнилось двенадцать лет, его избраннице, фрейлине Вере Николаевне Чоглоковой, – четырнадцать. Почитаем эти милые заметки:

  • 1 сентября. После стола, как Никита Иванович изволил уйтить к себе, государь цесаревич, стоя у окна, дыхнул на стекло и выписал пальцем имя той фрейлины, которая больше всех ему нравится. Как подошли к окошку, то он тотчас стереть изволил. Потом, забавляяся, бегал его высочество по комнатам до самого залу.
  • 3 октября. После учения зашел у нас разговор, что его высочеству теперь уже двенадцатый год. Шутя, говорили, что приспевает время государю великому князю жениться. Краснел он и от стыдливости из угла в угол изволил бегать; наконец изволил сказать его высочество: «Как я женюсь, то жену свою очень любить стану и ревнив буду. Рог мне иметь крайне не хочется. Да та беда, что я очень резов. Намедни слышал, что таких рог и не видит и не чествует тот, кто их носит». Смеялись мы много о сей его высочества заботливости. 
  • 9 октября. У всех фрейлин по комнатам ходили. Возвратясь к себе, изволил его высочество с особливым восхищением рассказывать о своем походе и, кто ни приходил, изволил спрашивать: «Отгадай, где я был сегодня?» После рассказов вошел в нежные мысли и в томном услаждении на канапе повалился. Подзывая меня, изволил говорить, что он видел свою любезную и что она от часу более его пленяет; потом читали мы Dictionnaire encyclopedique («Энциклопедический словарь»). Его высочество сыскал там слово amour («любовь») и читал на него изъяснение, которое чтение, однако ж, перервать старались.
  • 20 октября. Все утро разными аллегориями проговорил со мной о своей любезной и восхищался, вспоминая о ее прелестях… Потом, как оделся, возобновил опять прежнюю материю и спрашивал меня, можно ли ему будет на любезной своей жениться. И говорил, что он чрезвычайно б рад был, если б это могло сделаться.
  • 29 октября. За чаем изволил разговаривать со мною о вчерашнем маскараде и сказывал мне, между прочим, какие у него были разговоры с Верой Николаевной. Государь цесаревич спрашивал у нее: Отдано ли ж сие сердце кому или нет? И как она сказала, что отдано, то изволил спрашивать: Далеко ли оно теперь? Она сказала, что не далеко. Его высочество изволил спрашивать, что если бы он ее кругом обошел, то нашел ли бы ее сердце? Говорила она, что оно так к нему близко, что и обойтить нельзя и проч. Так-то знай наших: в какие мы вошли нежные аллегории!
  • 11 декабря. Рассказывал мне государь цесаревич, как ему было весело, когда изволил быть на даче у обер-маршала Сиверса: там была любезная его Вера Николаевна. Изволил сказывать, что много танцевал с нею и разговаривал. Говорил-де я ей, чтоб я всегда хотел быть вместе с нею… Как назад ехали, то она ехала в салазках перед его высочеством. Тут, оборачиваясь, друг другу поцелуи бросали. 
Портретов Веры не сохранилось, только такой профиль

Этот робкий роман закончился, толком не начавшись. Императрица, узнав о чувствах Павла, поспешила выдать Веру замуж за графа Антона Миниха, чтобы не допустить дальнейшего развития отношений между великим князем и фрейлиной. В браке Вера родила пятерых детей. А Павел спустя семь лет женился на немецкой принцессе Августе Вильгельмине Гессен-Дармштадтской, вошедшей в российскую историю под именем Натальи Алексеевны.